Район Зябликово

История

Своё название этот район получил от деревни Зябликово, которая располагалась в районе нынешних улиц Воронежской и Тамбовской, Гурьевского проезда, между речками Хмелевка (Шмелевка) и Кузнецовка. Её владения простирались к югу до современной Кольцевой автодороги и в пойме Москвы-реки до речки Городенки.

Первое обнаруженное упоминание о деревне Зябликово встречаем в писцовой книге поместных и вотчинных земель 1627—1629 гг. В Жданском стану Московского уезда в вотчине села Беседы «боярина князя Дмитрея Тимофеевича Трубецкого за княгинею Анною Васильевною» значится «деревня Зябликово на речке на Крупенской… пашни паханые добрые земли три четверти, да наездом пахано семь четь, да перелогом и лесом поросло семь четь с осминою и с четвериком в иоле, а в дву потому ж». В деревне было 9 дворов: 5 крестьянских и 4 бобыльских, а всего 10 душ мужского пола. Кроме своих земель крестьяне пользовались общими для всей вотчины сенными покосами на речке Малой Городенке и в других местах.

Князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой был видным деятелем эпохи Смутного времени: появившись в 1608 г. в Тушинском лагере у Лжедмитрия II, он впоследствии стал одним из вождей Первого ополчения, а затем совместно с Д.М. Пожарским руководил освобождением Москвы от поляков в 1612 г. До воцарения Михаила Романова он являлся одним из правителей государства и даже рассматривался в качестве одного из претендентов на российский престол. Позже он освобождал от шведов Новгород, был воеводой в Тобольске, где и умер в 1625 г.

Зябликово в составе беседской вотчины было пожаловано ему в 1619 г. В дальнейшем после его вдовы княгини Анны Васильевны вотчина снова вернулась в Дворцовое ведомство. Перепись дворцовых волостей 1646 г. в деревне Зябликово отмечает 7 крестьянских и 2 бобыльских двора, а общее мужское население составляли те же 10 человек.

Спустя три десятилетия в писцовой книге 1675—1677 гг. «письма» стольника И. Афросимова в составе «Бесецкой волости» вновь описывается «деревня Зябликово на вершине Дмитриева пруда, а ныне припущено в пашню пустошь Садки да пустошь Лохтево… под дворами и огороды усадные земли три десятины без полу чети, животинного выпуску две десятины, пашни паханые худые земли пятдесят восем четей в поле, а в дву потому ж». Кроме того, «сена того села (Беседы. — Авт.) и деревень крестьян подле Березового болота двенатцать десятин, да что в приправочной книге написано: некоей болота шесть десятин, а ныне те десятины розчищены, того ж села и деревень за крестьян в сеножатии, да от выгону ж того ж села к речки Городенки и подле речки Нетечки по тем что лугу Подшепелье сорок четыре десятины, да луг малая Веретея десятина с полу десятиною». Пустоши Садки и Лохтево (Логтево), судя по их описанию 1627—1629 гг., находились поблизости. В этот период в деревне было 10 дворов, 30 человек мужского населения (из них 4 человека пришлых из разных мест). Кроме оброков и пошлин крестьяне платили ямские деньги, «с пустых вытей за выделной хлеб», «за приказщиков доход», за ягоды, за свиное мясо к Рождественскому мясоеду, сдавали укосное сено и оброчные дрова.

В дальнейших описаниях дворцовых волостей сведения о Зябликове растворены в общих данных по всей Беседской волости. Интересно отметить, что в 1701 г. зябликовские крестьяне, как и все крестьяне этой волости, платили на московские дворцовые конюшни по 5 возов ржаной соломы с выти (земельной меры, бывшей единицей обложения), а также по «четверику свороборинного цвету» (шиповника) с выти. В 1763 г. с каждой души собиралось по окладу 1 рубль 35 копеек дворцовых сборов и 2 копейки на содержание солдат.

27 октября 1765 г. села Остров и Беседы с деревнями в обмен на село Ильинское Серпуховского уезда были пожалованы в потомственное и вечное владение брату фаворита Екатерины II графа Григория Орлова — знаменитому Алексею Григорьевичу Орлову (1737—1807). Формально это выглядело обменом владениями с казной, но поскольку уже в феврале 1767 г. Ильинское было отдано ему обратно без всякого зачёта), становилось понятным, что тем самым государыня расплачивалась за оказанные им важные услуги. А они были действительно важными. В перевороте 1762 г. А.Г. Орлов играл видную роль: отвозил в Ропшу свёргнутого императора Петра III и, по общепринятой версии, был главным из участников его убийства.

Позднее, в 1769 г. он был назначен главнокомандующим русским флотом в войне с Турцией и под Чесмой обессмертил своё имя, разбив турецкую эскадру, за что ему был пожалован титул «Чесменский». В 1775 г. он вышел в отставку и занялся обустройством своих имений.

Сохранилось описание Зябликова того времени. Судя по «Экономическим примечаниям», земля здесь была «иловатая з глиною, хлеб средственной, покосы хорошие, лес дровяной, крестьяне на оброке». В деревне «Зябликова на правой стороне Хмелевки, а Кузнецовки на левой сторонах» отмечено 30 дворов, 92 души мужского полу, 85 женского.

В 1807 г. после смерти графа А.Г. Орлова-Чесменского вотчина перешла к его дочери, камер-фрейлине Анне Алексеевне Орловой-Чесменской.

В Отечественную войну 1812 г. всё её владение попало в зону действий французских войск. В каждое селение управителем вотчины было выдано оружие, учреждена круглосуточная стража. Осенью начались столкновения с приходящими из Москвы французскими отрядами. 19 сентября в Зябликово пришёл отряд из 50 человек, в сражении с крестьянами погибло десять французов, из крестьян же — один Иван Михайлов, французы отступили. С 27 сентября в селениях вотчины 4 дня стояла конная французская гвардия, и до 7 октября из Москвы наезжали грабить деревни отряды французов по 300—400 человек. Местные крестьяне вступали также в ополчение, а после войны в Зябликово не вернулись 7 человек.

Скудость местных почв, а также близость к Москве обусловили здесь развитие различных промыслов. При характеристике имения в 30-х годах XIX в. отмечается: «Крестьяне все хорошо обстроены… находятся не только в безнужностн, но даже в обильном состоянии… занимаются хлебопашеством, но главнейшие их промыслы суть: 1) садоводство, от которого… получают неимоверные прибыли, 2) разный в Москву извоз камня и извести, 3) прогон барок, 4) тянутье из золота и серебра канители и резание плиса и 5) личные заработки в Москве». Здесь отмечены те промыслы (садоводство, производство канители), которые и в дальнейшем имели самое широкое распространение среди зябликовских крестьян.

Будучи крайне религиозной, графиня А.А. Орлова-Чесменская с 1820-х годов почти постоянно жила возле Юрьевского монастыря близ Новгорода, много жертвовала на храмы и обители, занималась благотворительностью, так что, по свидетельству современников, «графине почти не доставало ея огромных доходов, доходивших вначале до миллиона и постепенно уменьшавшихся, для ежедневного раздаяния даров и милостыни». Хозяйственные дела, судя по всему, её интересовали мало. Поэтому в 1837 г. в связи с ходатайством своих крестьян о выкупе и переводе их в разряд государственных она, не имея «кроме истинного счастия тех крестьян, никаких иных выгод», уступила своё имение в казну за 14 млн. рублей, причём крестьяне в обеспечение этой суммы обязались вносить ежегодно по 30 рублей с души и сверх того ещё доход со своих оброчных статей от 24,5 до 29 рублей в год. В связи с тем, что в 1835 г. тысяча душ имения была заложена за 200 тыс. рублей Сохранной казне Московского воспитательного дома, все эти деньги должны были вноситься туда до выплаты долга. В Зябликове в это время было 47 дворов, 139 мужчин, 156 женщин. Таким образом, в 1839 г. крестьяне Зябликова, как и все другие крестьяне бывшей Островской вотчины графини А.А. Орловой-Чесменской, по отпускному акту перешли в состояние свободных хлебопашцев с обязательством уплатить долг графини Сохранной казне, который был полностью уплачен к 1861 г. В результате крестьяне стали полными собственниками своих земель.

В 1874 г. в деревне было 66 хозяйств, 172 мужчины и 217 женщин. В среднем на одного работника приходилось 4,5 десятины удобной земли. Кроме непосредственно принадлежавших деревне угодий крестьяне пользовались находившимися в общем владении всех селений бывшей Островской вотчины заливными лугами на противоположном берегу Москвы-реки (722 десятины, из которых в 1874 г. Товарищество туэрного пароходства купило 10,7 десятины этих лугов по цене 252 рубля 30 копеек за десятину), а также пустошами Суворихой и Кулигой-Разюмихой Подольского уезда, лугом Борисовским-Городня Московского уезда и пустошью Бояркинской Бронницкого уезда.

Среди местных промыслов по-прежнему отмечается изготовление канители — тонкой медной или посеребрённой проволоки, используемой в парчевом, позументном, золотошвейном и золотокружевном производстве. В то время в деревне была одна надомная мастерская, в которой работало 15 человек (из семьи хозяина — два взрослых, один малолетний, из наёмных рабочих — восемь взрослых, четыре малолетних). Это было чисто мужское занятие, заключавшееся в вытягивании канители из более толстой проволоки через специальное приспособление. Сезон работ длился 9 месяцев (с сентября до «вешней Казанской»), и за это время каждый рабочий в среднем вырабатывал продукции на 550 рублей, получая из этой суммы 100 рублей. Позднее здесь появляется изготовление гильз, которым занимались по-преимуществу женщины и дети. Однако введение в 1897 г. машинного производства гильз и канители привело к упадку и сокращению этих промыслов.

В 1914 г. в Зябликове открылась земская школа. Любопытно, что в отличие от соседних селений, где были открыты такие же земские школы, на её строительство ссуду у земской управы не брали. Школа имела собственное здание, и в 1914 г. в ней работала одна учительница.

В советское время, по данным 1924 г., в деревне имелось 83 хозяйства и 370 жителей. Сады находились в запущенном состоянии, ягодники сильно страдали из-за болезней. Кустарных промыслов, судя по всему, уже не было. Почти все взрослое население в начале 1920-х годов было уже грамотным (отмечены только двое неграмотных в возрасте 16 и 40 лет). Зябликовская школа имела своё собственное здание (без библиотеки), огород, в ней преподавали два учителя. Она обслуживала кроме Зябликова ещё и село Беседы, и в ней в четырех группах учился 81 ребёнок (из 177 детей школьного возраста).

В 1930-е годы в деревне был организован колхоз «Путь к социализму». Во время Великой Отечественной войны комсомольцы колхоза выступили инициаторами почина в Ленинском районе: 11 ноября 1942 г. «в целях оказания практической помощи фронту» они приняли решение «начать в колхозе сбор средств на постройку танковой колонны «Ленинский колхозник»». Эта инициатива была поддержана другими колхозами Ленинского района. За несколько дней было собрано более 4 млн. рублей, и 10 декабря первые танки уже поступили в войска. К середине января 1943 г. колхозники собрали 7,5 млн. рублей на формирование танковой части. Тогда же, в январе 1943 г., колхозники Зябликова решили внести 100 тыс. рублей, причитавшихся им на трудодни, на постройку боевого самолета для авиасоединения «Москва».

В 1960 г. в связи со строительством Кольцевой автодороги Зябликово вошло в черту Москвы. Сама деревня просуществовала до середины 1980-х годов, а потом её территорию начали застраивать современными зданиями.


По материалам книги Аверьянова К.А. «История московских районов».

 

История районов Южного округа Москвы

Районы ЮАО: Восточное Бирюлёво, Западное Бирюлёво, Братеево, Даниловский, Донской, Зябликово, Москворечье-Сабурово, Нагатино-Садовники, Нагатинский затон, Нагорный, Северное Орехово-Борисово, Южное Орехово-Борисово, Царицыно, Северное Чертаново, Центральное Чертаново и Южное Чертаново.

 

Округа Москвы